Его зарыли в шар земной…

Макарцеву Михаилу Афанасьевичу, пропавшему без вести в 1941 году в боях под Ржевом, посвящается… Пушистый мягкий снег кружит за окном. Комнату окружают сиреневые сумерки. Тикают часы. На письменном столе, свернувшись клубком, посапывает кот. Тихо. Я сижу в кресле и слушаю эту звенящую тишину. Включаю настольную лампу, поднимаю голову – на стене в рамке потрескавшаяся старая фотография: светловолосый парень с золотой россыпью веснушек возле вздёрнутого носа, с тонкой мальчишеской шеей, с умным, добрым взглядом, в новой гимнастёрке с петлицами лейтенанта, в пилотке со звёздочкой, с грустной и немного растерянной улыбкой... Я знаю, что этот парень на фотографии – сын моей бабушки, что снимок сделан в конце июля 1941 года. Достаю старые письма-треугольники, их немного (это от бабушки остался семейный архив), нахожу пожелтевший серый казённый конверт. Снова и снова вчитываюсь в слова похоронки. Нет, не похоронки, а извещения, датированного октябрем 1941 года: «Ваш сын, лейтенант Макарцев Михаил Афанасьевич, пропал без вести в боях под Ржевом...» Закрываю глаза, вспоминаю всё, что рассказывала мне бабуля, невольно нажимаю пальцем кнопку радиоприёмника, слышу хриплый, надорванный голос Владимира Высоцкого, который читает стихотворение Сергея Орлова: «Его зарыли в шар земной...». 1941 год, сентябрь. Стояли жаркие осенние дни. Пыль серым облаком висела над дорогами и полями. Подводы, машины, техника, нескончаемый поток беженцев – в Брянске шла эвакуация. Семья Дарьи Макарцевой грузила вещи на подводу, запряжённую кормилицей-коровой. Трое детишек уже разместились в телеге, но мать почему-то медлила, с тоской и тревогой всматриваясь вдаль. Беды, говорят, в одиночку не ходят. Ни свет ни заря приходится сниматься с насиженных родных мест. От старшенького Миши нет известий, как уехал на ускоренную учёбу командиров, так уже третью неделю ни слуху ни духу, а тут ещё самая младшая Зоя криком кричит, не хочет ехать в деревню, у самой сердце сжимается, вдруг сын вернётся домой, а никого нет! Но делать нечего, нельзя упускать время, да и муж уже ругается. Тронулись в путь. В дороге Зое совсем плохо, ручонками обнимает за шею, целует, плачем исходит, домой назад просится. Дрогнуло материнское сердце: «Отец, поворачивай назад! Что ж это мы дом родной покинули? Не боюсь я немецких супостатов! А вдруг да сынок Миша объявится». Потом Дарья всю свою жизнь благодарила дочку младшую за то, что вернулись назад. А ночью раздался стук в дверь: – Мама! Думал вы уже уехали! – Мишенька, – охнула мать, прижав к себе такого родного и такого незнакомого в офицерской форме сына. – Мамочка! Я так боялся, что не попрощаюсь с вами. До утра отпустили, потом на фронт. Ночь пролетела быстро. Родители не могли наговориться, наглядеться на своего родного, бравого и такого молоденького лейтенантика. Прощаясь, мать плакала, а отец, который воевал в 1914 году с немцами, сказал: – Сынок! – знаю твёрдо одно: сегодня, вот сейчас надо сделать всё, что сможешь, для победы. А до Победы было ещё целых четыре года...Но об этом тогда не знал никто. Не знали ни те, кто делал по земле свой последний шаг, ни те, кому довелось дойти до Берлина. И у каждого из них была своя Победа на той жестокой войне... О том бое за безымянную высоту под Ржевом рассказал Дарье и Афанасию Иван Корнюшин, сосед, вернувшийся в 1943 году с фронта по ранению, воевавший вместе с Михаилом. Осенью сорок первого шёл бой за небольшую высоту. Лейтенант Макарцев со своим взводом держал оборону. Бой был тяжёлый. Рассыпавшись цепью, немцы шли в атаку. Они шли во весь рост, словно считали, что в окопах никого нет. Окопы в самом деле молчали, ещё десять, ещё пять шагов... – Огонь! – крикнул Михаил. И точно на стену натолкнулись фашисты – так дружно ударили по ним красноармейцы. Оставляя раненых и убитых, фашисты отступили. Отбили несколько атак, силы были неравны, погибали товарищи Михаила. Пришёл приказ отходить. Навстречу командиру метнулся боец в разодранной гимнастёрке. Глотая воздух перекошенным ртом, показал за окопы: – Там немцы. У Михаила перехватило дыхание. Нужно спасти оставшихся ребят, отвлечь внимание врага, дав возможность своим раненым товарищам отойти. Отдав приказ отходить, командир выскочил из окопа и, размахивая автоматом, побежал вперёд. Бежал, тяжело дыша, ни разу не взглянув под ноги, ни разу не оторвав взгляда от тех, кого он должен спасти. Он бежал до тех пор, пока над ним, заставляя всех замереть на месте, не вырос обволакивающий всё вокруг удушливым дымом огромный огненный столб...Больше его никто и никогда не видел... Пушистый мягкий снег кружит за окном. Комнату окружают сиреневые сумерки. Тикают часы. На письменном столе, свернувшись клубком, посапывает кот. Из радиоприёмника слышу хриплый надорванный голос Владимира Высоцкого: « Его зарыли в шар земной…» Вот только где ?

Соболь Маргарита Дмитриевна

Новости проекта

Слёт юнармейцев города
Подробнее...
Экскурсионная поездка в города-герои Курск и Москву
Подробнее...
Внимание! Конкурс!
Подробнее...
Внимание! Конкурс!
Подробнее...
Посещение памятника партизанам-цементникам у д. Васильевка
Подробнее...
Яндекс.Метрика